Гостем нового выпуска шоу Президентского фонда культурных инициатив «Без сценария» стал рэпер, музыкант и продюсер Александр ST. В разговоре с ведущими — Романом Кармановым и Олесей Гариповой — он рассказал, почему долго искал своё место в профессии, как отец повлиял на его выбор, что изменилось после выхода песни «Дай ему сил», почему он снова сел за студенческую парту и как, по его мнению, искусственный интеллект меняет музыкальную индустрию. Оббо всем этом в печатной версии ТВ-шоу. 

Роман КАРМАНОВ: Дорогие друзья, в эфире программа «Без сценария». Сегодня у в гостях музыкант, продюсер, композитор Александр ST.

Олеся ГАРИПОВА: Готовясь к нашей сегодняшней встрече, мы, конечно, изучали вашу биографию. И там есть несколько вариантов происхождения псевдонима ST: «Street», «Степанов».

Александр ST: Вообще, конечно, всё от фамилии — от Степанова. Я становился старше, а псевдоним стал короче. В итоге я остался ST.

Роман КАРМАНОВ: Обычно с возрастом прирастает отчество.

Александр ST: Оно уже прирастает. Иногда мне говорят: «Александр Андреевич, здравствуйте». И я думаю: «Как-то странно». Подходят взрослые люди и говорят, что выросли на моих песнях, хотя сами уже старше меня.

Роман КАРМАНОВ: А это хорошо, что люди взяли и выросли на ваших песнях?

Александр ST: Я считаю, что они выросли хорошими людьми. И если раньше я внутренне это отрицал, стеснялся, то сейчас уже иначе к этому отношусь. Недавно я был на съёмках большого проекта, и там мы часто передвигались на автомобилях с другими участниками съёмочного процесса. Мы включали друг другу песни — кто что любит. И многие ставили мои композиции. Говорили: «Я вырос на этой песне», «Я это слушал тогда», «Я это слушал там». И я в какой-то момент это принял, осознал. Мне стало приятно, поэтому сейчас я спокойно об этом говорю.

Роман КАРМАНОВ: Кстати, про детство. Олеся Игоревна вспоминает факты из детства, и у нас получается интересная история: у нас у всех папы – военные моряки. Причём все подводники.

Олеся ГАРИПОВА: Наши папы служили даже в одном городе.

Александр ST: Да, Гаджиево, Мурманская область. Отец был штурманом. Он рассказывал, что тогда использовалась другая техника внутри подводных лодок. Он придумывал специальные способы, чтобы определять их местонахождение на Северном полюсе.

Роман КАРМАНОВ: Дети военных часто пытаются продолжить династию. Меня тоже немного занесло в военное училище, правда, потом оттуда вынесло — уже в другую сферу. И вот мы здесь. А как получилось, что Александр, тогда ещё не ST, не пошёл по стопам отца?

Александр ST: Мне кажется, отец в какой-то степени даже не хотел, чтобы я продолжал эту династию. Был момент, когда отец говорил: «Ну, я тебя отправлю в Нахимовское». Был момент, когда я сам говорил: «Я уйду в Нахимовское». И это звучало как угроза. Это прекрасное училище. Но в наших с отцом отношениях это был такой аргумент, который мы использовали в совершенно разных ситуациях.

Роман КАРМАНОВ: Чем всё разрешилось?

Александр ST: Потом у отца появилась другая семья. Я остался здесь и уже сам наметил свой путь. Он не сразу стал музыкальным. Сначала я решил стать экономистом, менеджером. Поступил в институт, но музыка всегда присутствовала в моей жизни. И в какой-то момент я оказался в нужное время в нужном месте. Я познакомился с Серёгой (речь о Сергее Пархоменко – прим. ав.), который поёт про «Чёрный бумер». Он предложил мне двигаться вместе с ним, заниматься музыкой. У него тогда был свой лейбл, который он только собирал. Я начал с ним взаимодействовать, и в итоге получилось так, что я стал заниматься музыкой. Из-за этого я перестал ходить в институт. При этом я тогда ещё работал, чтобы оплачивать обучение. Получалась странная ситуация: я работал, чтобы платить за институт, в который не ходил, потому что занимался музыкой. В этот момент появился отец и сказал: «Сын, я готов тебе помочь с институтом. Но вот эту свою ерунду с музыкой давай забрасывай. Учёба — и только учёба. Тогда я, так и быть, помогу тебе». Я сказал: «Спасибо. Мне нужно день подумать». После этого я ушёл в академический отпуск, сразу же ушёл с работы и остался только с музыкой.

Олеся ГАРИПОВА: К моменту, когда уже сложилась карьера и появился Александр ST, был ли момент, когда папа сказал: «Ну всё, сын, я горжусь тобой. Это был правильный выбор».

Александр ST: Мои отношения с отцом — это вообще отдельная и сложная часть моей жизни. Мне кажется, что многое в моей карьере построено именно на противопоставлении себя отцу. В каких-то моментах я специально шёл наперекор. Бывали ситуации, когда я уже зарабатывал деньги, а отец попадал на концерты, где люди кричали: «ST! ST! ST!». Но единственный раз, когда он написал мне, что гордится мной, был после выхода песни «Дай ему сил». Это было не так давно — спустя примерно 12–15 лет моей творческой деятельности. Вышла песня «Дай ему сил», и я получил огромный шквал откликов от совершенно разных людей. Это был очень плотный поток сообщений, через который пробилась одна SMS. В ней отец написал, что гордится мной. И именно это сообщение перевесило весь тот поток хейта, который был.

Роман КАРМАНОВ: Нас смотрят молодые люди. И многие музыканты сталкиваются с этой дилеммой. Я тоже в какой-то момент играл, и передо мной стоял выбор: бросить серьёзную учёбу и пойти в музыку или продолжить образование. Я выбрал учёбу. Но это действительно очень серьёзное решение. Что делать ребятам, которые сейчас стоят перед таким выбором?

Александр ST: Меня часто приглашают на общественные мероприятия, встречи с молодёжью. За моей спиной бывает фотография с надписью: «Александр ST. Путь к успеху». И мне кажется, что это немного ошибочная формулировка. Потому что любой путь к успеху — это не только работа и усилия. Во многом это ещё и совпадение обстоятельств: ты оказался в нужное время в нужном месте, выпустил песню, что-то сработало, сошлось множество факторов. Но есть огромное количество людей, которые тоже выбрали музыку, и у них не получилось. Их цели и мечты не осуществились. Я бы приглашал таких людей на эти встречи, чтобы они рассказывали свой опыт и чтобы молодые понимали не только, что нужно делать, но и чего делать не стоит.

Роман КАРМАНОВ: Я так понимаю, что Александр Андреевич с удовольствием участвует в образовательных мероприятиях. На «Тавриде» мы встречаемся, в Национальном центре «Россия» тоже.

Александр ST: Я часто после таких встреч говорю своему директору Павлу Андреевичу: «Слушай, мы сейчас потратили два часа жизни, хотя могли бы заняться чем-то другим». Но никогда не знаешь, было это общение полезным или нет. Потому что иногда можно найти настоящий алмаз — человека, которому именно в этот момент нужны твои слова.

Роман КАРМАНОВ: Через 20 лет кто-нибудь, сидя в этой студии, скажет: «Я был на “Тавриде”, там выступал Александр Андреевич, и он тогда сказал одну вещь…»

Александр ST: Такие моменты очень приятны. Но иногда бывает иначе. Например, мы занимаемся с артистами на нашем лейбле, полностью погружаемся в их развитие. На «Тавриде» познакомились с артистом, начали работать, включились в процесс. А потом в какой-то момент человек приходит и говорит: «Я подумал, творчество — это немного про другое». И ты думаешь: «Хорошо. Значит, это тоже был важный урок».

Олеся ГАРИПОВА: А «про другое» — это про что?

Александр ST: Это про искусство.

Роман КАРМАНОВ: Но при этом, когда говорят про зумеров, часто звучит какой-то негатив. А я вижу огромное количество очень работоспособных ребят.

Александр ST: Двести процентов. Они классные. Это как если листать социальные сети и искать только какие-то приколы. Алгоритм будет показывать тебе именно это, и может показаться, что весь современный мир состоит только из шуток и поверхностного юмора. Но если немного изменить направление внимания, ты увидишь, что и зумеры, и молодые ребята в целом — очень классные. Они разносторонне развиты, им интересны разные вещи, они увлекаются достойными направлениями. Возвращаясь к моему пути: в моём случае всё произошло потому, что я очень сильно в это верил. С детства я видел себя на сцене. Я точно знал, что это моё. И я вкладывал в это огромное количество сил, времени, веры — всего. Мне просто казалось невозможным, что у меня может не получиться.

Роман КАРМАНОВ: А на чём была основана эта вера? Я понимаю, если есть оперный голос: сначала поёшь на утренниках, потом в школе. То есть ты постоянно был немного на сцене, постоянно что-то исполнял. Но обычно за этим стоят какие-то особые вокальные данные. Все говорят: «Какой хороший мальчик, какой талантливый».

Александр ST: На самом деле в школе я выходил на сцену, пел и Боярского, и «Лицей». В общем, всё, что тогда можно было исполнять. В зале были люди. Я им сейчас искренне соболезную, потому что мои вокальные данные оставляли желать лучшего. Роман Владимирович, вы мне очень напомнили недавний разговор с отцом. Я был у него в гостях, и он говорит: «Слушай, ну вот ты же петь не умеешь». Это тот случай, когда похвалили так, что лучше бы не хвалили. Я сижу и думаю: действительно, если говорить честно, у меня просто, как в фильмах, была мечта. Мне всегда было невероятно интересно заниматься этим. Я постоянно пробовал, искал, делал. Возможно, поэтому моё творчество сейчас такое разноплановое: мне всегда интересно экспериментировать и создавать что-то новое. Я просто шёл к своей цели. Есть большое количество рэперов, которые не дошли до своей цели, у которых не получилось. И я думаю, что многие из них в чём-то были талантливее меня в чем-то. Я ещё и картавый, если уж совсем добивать. Вообще, понимаете, по всем параметрам этого не должно было произойти. Но самое главное — то, о чём я говорил в начале: моя музыка находила отклик. Именно это заставляло меня продолжать. Я распечатал в школе свой первый текст. Написал его и раздал одноклассникам. И он вызвал отклик, они начали его обсуждать.

Роман КАРМАНОВ: О чём он был?

Александр ST: О том, что учителя нас не понимают, что мы новое поколение. Обычный текст мальчика 12–13 лет.

Олеся ГАРИПОВА: Это уже был рэп?

Александр ST: Это были плохие стихи. Это был просто текст, первая проба пера. Но я понял, что он нашёл отклик. Кто-то подошёл ко мне и сказал: «Классно». А потом происходит настоящая магия: ты что-то придумываешь, записываешь, выпускаешь, и кто-то начинает это повторять, откликаться на это. Твоя мысль настолько отзывается в другом человеке, что он переносит её на свою жизнь. Наверное, это самое главное. Это перекрыло и недостатки вокала, и всё остальное. Целеустремлённость и смыслы, которые я вкладываю в музыку, оказались важнее.

Роман КАРМАНОВ: Есть известный актёр Дмитрий Певцов. Он рассказывал, что в вузе не считал себя самым талантливым, но был очень трудолюбивым. Брал доску и пилил её — просто делал своё дело.

Александр ST: Ну, я эту доску тоже продолжаю пилить. У меня прямо хорошее полено получилось.

Роман КАРМАНОВ: Процесс ведь может выглядеть по-разному. Кто-то сел, быстро написал, выпустил и пошёл дальше. А кто-то может сутки сидеть над текстом: выверять, думать, в какую аудиторию он попадёт.

Александр ST: Вот этому мне как раз хотелось бы научиться: смотреть, что сейчас в тренде, понимать — вот это работает, вот это интересно аудитории. Моя супруга — единственный человек, который может мне жёстко всё сказать прямо в лицо, но к её мнению я действительно прислушиваюсь. Директор тоже человек, которого я слушаю. Не так много людей, к которым я прислушиваюсь. Паша, Асоль — они среди этих людей. И Асоль в какой-то момент сказала мне: «Ты музыку делаешь не для продажи, а для себя. А потом удивляешься, почему она не продаётся». Я задумался и понял, что она действительно права. Я понимаю, что такое актуальные тренды, понимаю, что сейчас работает. Но моё внутреннее ощущение часто это отторгает. Поэтому я продолжаю пилить свою доску.

Роман КАРМАНОВ: А что именно, например, отторгает? С чем не может смириться человек, выросший на «Трёх мушкетёрах»?

Александр ST: Роман Владимирович, вы же помните замечательный диалог кардинала Ришелье и Д’Артаньяна: «Разве не для того вы приехали в Париж, чтобы продать своё умение и шпагу подороже?» А Д’Артаньян отвечает: «Ваше высокоблагородие, так получилось, что все мои друзья играют за чёрных, а все ваши друзья играют за белых». Когда я читал «Трёх мушкетёров», у меня в голове был только Боярский. Другого образа у меня просто не существовало. Когда сейчас выходят новые фильмы, я понимаю, что мне их сложно смотреть. И мне кажется, что это во многом повлияло на моё музыкальное становление. Музыка из фильма «Три мушкетёра» гениальна. Максим Дунаевский — просто прекрасный композитор. У меня даже есть пластинка с его автографом.

Олеся ГАРИПОВА: Истории про Асоль — мои любимые. Если критикует, то критикует.

Александр ST: Мы писали альбом «Поэт» и готовились его показать. У нас было прослушивание с командой. Она пришла, у нас был трек-лист. Я посмотрел на него, она посмотрела и сказала: «Здесь нет хита». Там сидела вся моя команда, у меня всё внутри закипело. Мы начали спорить, обсуждать. Она говорит: «Нет, хита нет». После этого я написал «Луи Луи», а потом «Счастье любит тишину» — две песни, которые вошли в число самых сильных композиций этого альбома.

Роман КАРМАНОВ: Как была написана песня «Луи »? Как всё происходило?

Александр ST: Идея появилась во время тура с группировкой «Ленинград». Я постоянно ходил и думал, что могу написать, делал первые наброски. Почему я это помню? Потому что это было в гостинице. А там есть такие листки и блокноты. Там что-то появилось, а потом я приехал в Москву, в студию Ромы Бестселлера. Мы начали работать, крутить идею, и постепенно появилась вся рабочая история.

Роман КАРМАНОВ: А эта песня о чём?

Александр ST: Про любовь.

Роман КАРМАНОВ: Не смущает, что несмотря на то что после неё было написано много других песен, когда звучит «Луи Луи» на любой аудитории — я сам это наблюдал происходит что-то особенное.

Александр ST: Конечно, смущает. Хочется уже её перекрыть. Но, во-первых, пока не получается. А во-вторых, всё-таки важны время и место. Мне кажется, что сейчас от меня такая песня уже не сработает. Моё мировоззрение изменилось. У меня вышла песня «Дай ему сил», и изменился вектор. Всё-таки песни отражают моё внутреннее состояние. Это мой отклик на то, что происходит и в моей жизни, и в жизни моей страны. Сейчас я пишу более лёгкие песни, но пока, наверное, ничего сильнее «Луи Луи» не нащупал. Да и время уже другое.

Роман КАРМАНОВ: А как аудитория отреагировала на появление «Дай ему сил»?

Александр ST: В целом аудитории, которая слушала «Луи Луи», и аудитории, которая слушает «Дай ему сил», очень сильно отличаются. И поскольку «Дай ему сил» — это не просто песня, а ещё и высказывание, обозначение позиции, конечно, реакция была разной. Сейчас аудитория уже приняла мои жизненные взгляды и мою позицию. Кто-то ушёл, потому что с этим не согласен, а кто-то, наоборот, пришёл именно благодаря этому.

Роман КАРМАНОВ: Миссия артиста тоже может меняться в разные периоды. Где-то он может будоражить аудиторию, где-то — успокаивать. Что сейчас происходит с людьми? Есть какие-то наблюдения? Что для людей сейчас важно?

Александр ST: Мне кажется, сейчас заканчивается период, когда музыка снова стала просто контентом. ИИ обесценил труд многих артистов и показал, что то, что мы выдаём за творческий продукт, может перестать им быть, если это можно бесконечно штамповать. Поэтому, на мой взгляд, появляются такие феномены, как «Бонд с кнопкой», «Комната культуры» — артисты, которые снова звучат необычно, которых можно узнать, которые звучат живьём. Я думаю, что контент полностью никуда не исчезнет, но песни «на долгое время» снова вернутся. И они будут популярны у молодёжи. Просто у нового поколения появятся свои песни на века.

Роман КАРМАНОВ: То есть надо браться за гитары снова?

Александр ST: Двести процентов. Я в это верю. Я сам взялся. Но это тяжело. Просто я очень много за что взялся. Во-первых, я возвращаюсь к институту. Сейчас я учусь на первом курсе — на маркетинге. Параллельно стараюсь продолжать учиться играть на гитаре. Всё-таки мой стадион уже приближается, и я хочу к этому моменту быть готовым. Я пошёл на вокал, потому что здраво оцениваю свои вокальные данные и я хочу иметь возможность не травмировать слух людей, которые приходят на мои выступления, хотя иногда это всё-таки происходит. Например, когда я пишу новую песню, я уже благодаря занятиям с педагогом понимаю, куда мне лучше не заходить. Я могу изменить тональность и понимаю: вот в этом диапазоне я смогу её исполнять. Я понимаю, что в студии можно сделать многое, но потом это нужно исполнять вживую. А для меня это важно. Я всё-таки артист, который ещё со школы любит сцену. Я люблю выступать. Моё место — сцена. Поэтому иногда я что-то веду. Я вижу сцену — и всё, я дома. Я очень это люблю. Поэтому вокал, гитара, стараюсь ещё читать. Наконец-то, к своему стыду, только в прошлом году прочитал «Войну и мир». Сейчас у меня идут «Братья Карамазовы». Закрываю какие-то незавершённые гештальты.

Роман КАРМАНОВ: Дачу ещё не завёл?

Александр ST: Нет, до дачи ещё не дошёл. Я очень комфортно чувствую себя взрослеющим. Мне кажется, что на нашей сцене очень не хватает артистов и звёзд, которые умеют нормально взрослеть. Потому что мы говорим молодым: «Взрослеть — это классно, будьте взрослыми». Они смотрят на взрослых, а взрослые при этом пытаются молодиться. И молодые думают: «Зачем мне взрослеть, чтобы потом пытаться казаться молодым? Я лучше останусь молодым». Мне кажется, нужно спокойно принимать свой возраст, то, что с тобой происходит, и взаимодействовать с собой в этом процессе.

Роман КАРМАНОВ: Поколение альфа (рожденные с 2011 года - прим.ред.) – вообще космические какие-то ребята. Мне кажется, мы про них почти ничего не понимаем. У них будто компьютер в голове.

Александр ST: Но вопрос в том, пытаемся ли мы их понять? Мне кажется, многие пытаются просто сравнить их с собой. Время другое, сравнивать невозможно.

Роман КАРМАНОВ: А как их тогда понять?

Александр ST: Разговаривать и общаться. Мне кажется, очень многое в этом мире стало бы проще, если бы люди чаще разговаривали друг с другом на разные темы. Вот в этом, наверное, главный секрет всего — общение.

Роман КАРМАНОВ: Что изменило появление Асоль в вашей жизни?

Александр ST: Всё. Мне кажется, часто мужчины очень сильно ищут вторую половину. А когда находят, понимают: «Ого, теперь нужно многое в своей жизни менять, чтобы самому стать человеком, который соответствует тому образу, который ты искал». И в этот момент кто-то думает: «Может, ещё поискать? Нашёл, конечно, но сейчас нужно перестраивать быт, привычки, всю жизнь». Мне кажется, это большая ошибка. Потому что тогда можно больше никогда не встретить такого человека. Я сразу понял: вот этот человек — мой. И нужно держаться за него и сделать всё, чтобы он был рядом. Я очень сильно начал перестраивать своё существование, свои привычки, свою жизнь — чтобы она была со мной.

Роман КАРМАНОВ: А где вы познакомились?

Александр ST: Я увидел её в календаре. В обычном перекидном календаре. Это был ноябрь. Наши друзья — бренд одежды — выпустили календарь и попросили знакомых девушек для него сфотографироваться. А Асоль была на странице ноября. Я договорился о знакомстве. Оказался в квартире наших общих друзей, куда она тоже должна была приехать. Она приехала, я её увидел. А я вообще достаточно легко общался с девушками. Я понимал, как себя вести, как себя подать. А тут она поворачивается ко мне на кухне и говорит: «Будете чай?» Я не смог произнести ничего связного. Она просто поставила меня в тупик. Такая: «Ну, понятно», — сделала чай и ушла.

Роман КАРМАНОВ: Пришлось побегать?

Александр ST: Побегать, поездить в Тверь. Асоль из Твери, и я ездил к ней, придумывая какие-то невероятные дела, которые якобы были у меня в Твери. Приезжал, проводил с ней весь вечер. Она спрашивала: «А у тебя же дела?» А я отвечал: «Да-да-да, сейчас». А на самом деле никаких дел у меня в Твери не было. Я уезжал. Причём всё это делал на последние деньги — на арендованной машине. В какой-то момент мы сидели в кафе в Твери. Я приехал, и она поняла, что никаких дел у меня там нет. Она посмотрела на меня и говорит: «Александр, знаете, я всё поняла. Если вы собираетесь здесь рассказывать мне про любовь, то давайте сразу договоримся, что не будем этого делать. Потому что, честно говоря, желающих очень много, и сейчас мне вообще не очень интересно строить отношения. Тем более вы рэпер…». Она этого напрямую не сказала, но это было понятно между строк. А я говорю: «Асоль Владимировна, а вы будете моей женой». Она начала смеяться на всё кафе. Не просто улыбнулась — именно рассмеялась. Да, так, что мне даже стало немного обидно. Но спойлер: она действительно моя жена, у нас двое детей. Правда, в тот момент она очень плохо в это верила.

Роман КАРМАНОВ: Какая же из этого мораль?

Александр ST: Мораль всей этой истории такая: если вы встретили женщину, с которой хотите быть, старайтесь её добиться и не проходите мимо.

Роман КАРМАНОВ: С тёщей дружите?

Александр ST: Мне невероятно повезло с тёщей и тестем. Во-первых, они болеют за «Спартак», поэтому у нас нет никаких разногласий по этому поводу. У меня замечательная тёща Света, замечательный тесть Володя. С Володей я познакомился уже тогда, когда был принят в семью. Я стоял на кухне, готовил и знал, что они должны прийти. Володя подошёл ко мне сзади и говорит: «Ну, ты сейчас масло сюда добавляешь, здесь соль…» Я отвечаю: «Да, хорошо». И он такой: «Ну, Володя. Саша». Всё. С этого момента мы сразу как-то нашли общий язык. Я всегда хотел семью. Всегда хотел детей. Это была моя главная цель.

Роман КАРМАНОВ: Как вообще выглядит семейное бюджетирование в семье музыканта?

Александр ST: У меня есть общие деньги и деньги жены. Сейчас часть того, что мы делаем с лейблом, попытки создавать одежду и другие проекты — это инвестиции в будущее. Я понимаю, что не всегда буду на сцене и не всегда смогу зарабатывать только музыкой. Поэтому я ищу артистов, развиваю лейбл, чтобы был какой-то постоянный источник дохода. Потому что музыка — это всё-таки нестабильный заработок. Недавно я анализировал свой путь и понял одну интересную вещь. Сейчас очень модно возвращение артистов: люди возвращаются, о них снова вспоминают.

Роман КАРМАНОВ: Да, некоторых уже, казалось бы, и не ждали.

Александр ST: И я подумал: «А у меня ведь никогда не было возможности просто уйти». От того, чем я занимаюсь, очень многое зависит. Поэтому я постоянно нахожусь в этом процессе, держу себя в тонусе, двигаюсь дальше.

Олеся ГАРИПОВА: Александр Андреевич, вы ещё очень молоды. Вы ещё успеете уйти.

Роман КАРМАНОВ: Сколько песен написано за это время? 

Александр ST: По-моему, когда я устанавливал рекорд России за самый продолжительный онлайн-концерт и читал свои песни 24 часа, мы насчитали около 150 композиций. Это было два альбома назад. Технически всё было так: я почти не ел. По регламенту тебе каждый час дают пять минут.

Олеся ГАРИПОВА: А как это происходит? Вы связываетесь с организаторами, договариваетесь?

Александр ST: Да, они говорят: «Это стоит столько-то». Ещё нужно оплатить работу всех, кто снимает, организовать онлайн-трансляцию, привлечь людей. Это всё достаточно затратно.

Роман КАРМАНОВ: А зачем?

Александр ST: На тот момент, во-первых, это был вызов самому себе — желание сделать то, чего никто до меня не делал. Во-вторых, это был маркетинг и продвижение нового альбома, который получился очень хорошо.

Олеся ГАРИПОВА: А сейчас бы повторили?

Александр ST: Тогда я был в очень хорошей вокальной форме, потому что активно гастролировал. Могло быть по 4-5 концертов в неделю. Конечно, речевой аппарат был отлично подготовлен. Сейчас, думаю, это далось бы сложнее. Нужно было бы снова потренироваться. Но тогда это нужно было делать в течение 48 часов.

Роман КАРМАНОВ: Сейчас действительно невероятное время, когда людям нужно слово артиста — то, которое где-то мотивирует, где-то успокаивает, где-то даёт надежду. И сейчас открывается возможность для творческих людей делать что-то полезное, потому что новая российская сцена действительно формируется.

Александр ST: Хочется сказать большое спасибо ПФКИ за то, что вы даёте возможность заниматься этим. Очень много молодых ребят получают поддержку и могут реализовать свои идеи. Это здорово. Потому что многие из них никогда бы не смогли даже записать что-то на студии, тем более выпустить, показать, снять. Для этого нужно больше платформ, больше инструментов, больше сцен. Чтобы люди знали об этом. Возвращаясь к лентам в социальных сетях: если тебе показывают только смешные видео и развлечения, ты не узнаешь, что рядом существуют истории, где люди говорят о жизни, о важных событиях, где есть серьёзные мысли. Если просто перевести туда внимание, я уверен, что туда придёт ещё больше аудитории.

Олеся ГАРИПОВА: У нас, конечно, не марафон, но небольшой фристайл мы у вас попросим. Мы попросили искусственный интеллект прочитать вам Есенина, а после вас попросим подхватить этот бит.

СМОТРИТЕ В ВЫПУСКЕ, КАК АЛЕКСАНДР ST ПРИНЯЛ ВЫЗОВ ОТ ИИ